Сетевое издание: сайт общественно-политической газеты "ТРИБУНА" Динского района Краснодарского края
Отзывчивость согрела 635 маленьких сердец
12.02.2013 10:50
«Колокол памяти» – в сердцах поколений
12.02.2013 12:06

Освободитель Динского района (эпизоды военной жизни страны и командарма И. П. Рослого)

Освободитель Динского района (эпизоды военной жизни страны и командарма И. П. Рослого)

17 февраля 1943 года, в день, когда фашистские флаги были сброшены с Эльбруса, и были установлены на его вершине флаги советские, газета 46-й армии «Герой Родины» опубликовала стихи «Освободителям Краснодара». Их автор – фронтовой журналист, старший лейтенант Михась Калачинский – обращается к воинам, которые «плененный врагом Краснодар обогнули дугой», и так досконально описывает действия соединений 46-й армии по освобождению города, как будто считывает их с оперативной карты самого командующего.

С трех сторон, средь покрова морозного,

Через свежие насыпи, рвы

По приказу товарища Рослого

В полночь хлынули к городу вы.

Я, к своему горькому сожалению, не знаю, как сложилась судьба военного журналиста из армейской газеты. Но я твердо убежден, что старший лейтенант Калачинский, опубликовав свои стихи через пять дней после освобождения Краснодара, не мог даже и подразумевать, что через несколько десятков лет краснодарские, васюринские, динские, новотитаровские школьники, участвуя в исторических викторинах, будут пытаться разгадать историческую основу этой стихотворной строфы. Сегодня стихи воспринимаются почти как исторический источник. В «трех сторонах» четко просматривается удар в трех направлениях по засевшему в городе врагу трех основных соединений армии генерала И. П. Рослого: 9-й горно-стрелковой дивизии полковника М. В. Евстигнеева; 31-й стрелковой дивизии полковника П. К. Богдановича и 40-й отдельной мотострелковой бригады генерал-майора Н. Ф. Цепляева.

Фашисты боялись «Кубанского Сталинграда»

1 января 1943 года одновременно начались две наступательные операции: Северо-Кавказская и Ростовская. Германское командование поспешно стало отводить свои войска из района Моздока, Нальчика, Прохладного, с кавказских перевалов. Фашисты боялись оказаться окруженными на территории Краснодарского края, попасть в новый котел – «Кубанский Сталинград». Создались благоприятные условия для наступления 46-й армии генерала И. П. Рослого.

25 января армия покинула перевалы и стремительно стала продвигаться вперед вдоль долины реки Белой. Освобождены Гузерипль, Хамышки, Даховская, Каменномостская, Тульская.

29 января освободили Майкоп, затем Белореченскую. Наступление было стремительное. Горные обрывы, ущелья, множество разлившихся речушек – притоков Белой, уничтоженные отступающими фашистами мосты, организованные ими завалы в теснинах, начавшаяся распутица, отсутствие добротных дорог – все это вынудило командование

46-й армии оставить на перевалах всю артиллерию, машины, тягачи. Армию не сопровождал даже обоз с боеприпасами. Только «малую артиллерию» – легкие минометы – перевезли на вьючных лошадях. Вся армейская артиллерия и армейское тыловое обеспечение дожидались своей очереди на продвижение по единственной и забитой автотехникой дороге через Дефановку, Горячий Ключ, Майкоп.

В самом начале февраля армия И. П. Рослого вышла к левому берегу Кубани на участке Усть-Лабинск – Старокорсунская, но форсировать реку с ходу не удалось. Наступавшие на правом фланге армии 9-я горнострелковая и некоторые части 31-й стрелковой дивизий сумели ворваться в Усть-Лабинскую и захватить мост, который обеспечил переход армии на правый берег. Здесь сорок шестая соединились с левофланговыми частями 37-й армии генерал-майора П. М. Козлова, которая заняла позицию на линии Кореновская – Усть-Лабинская и с северо-востока должна была штурмовать Краснодар.

В Усть-Лабинской 5 февраля И. П. Рослый получил директиву командующего Северо-Кавказским фронтом генерал-лейтенанта И. И. Масленникова, в соответствии с которой 46-я армия должна развернуть свой фронт на девяносто градусов на запад и наступать вдоль правого берега Кубани на Краснодар. На правом фланге у нее была 37-я армия, а на левом, за Кубанью – 18-я армия генерал-майора А. И. Рыжова, которая должна наступать вдоль левого берега Кубани.

7 февраля 1943 года 36-й полк подполковника Д. О. Марковца и 193-й полк полковника Соловьева овладели станицей Васюринской. После этого части и подразделения 46-й армии вышли на свою полосу наступления, предписанную ей командованием. 9-я горнострелковая дивизия полковника М. В. Евстигнеева находилась на линии «восточная окраина Динской» – северо-восточная часть «Агронома». 31-я стрелковая дивизия полковника Петра Константиновича Богдановича занимала позицию от Первой речки Кочеты до северо-восточной окраины Старокорсунской. 40-я отдельная мотострелковая бригада генерал-майора Никиты Федоровича Цепляева находилась на восточной окраине Старокорсунской. Штаб армии оставался в Усть-Лабинской, а командный пункт командарм перенес в Васюринскую.

Краснодар был окружен двумя мощными линиями обороны, которые предстояло взять войскам генерала И. П. Рослого. Внешний обвод проходил на рубеже Старокорсунская«Агроном» – Динская. Все названные населенные пункты находились на стороне противника. Оборону держали соединения 17-й немецкой полевой армии. Непосредственно Краснодар и окрестности обороняли войска 44-го армейского корпуса под командованием генерала артиллерии Де-Ангелиса. В центре находилась 381-я пехотная дивизия, севернее – 4-я горнострелковая дивизия (с ней 46-я уже имела дело на Белореченском перевале); южнее – 1-я мотострелковая дивизия словаков. У противника имелось большое количество артиллерии и боеприпасов, он располагал исправным автотранспортом.

Самое досадное заключалось в том, что все эти оборонительные сооружения внешнего обвода Краснодара, которые теперь находились в руках гитлеровцев, были сооружены нашим населением и нашей армией. По решению Военного совета Южного фронта, еще в ноябре 1941 года стала создаваться линия обороны силами 8-й тыловой армии. Особенно активно шло строительство летом 1942 года, армии помогало население города и соседнего Пластуновского района. Ежедневно на строительство обвода выходило около 30 тысяч человек с кирками, ломами, лопатами, тачками. Пояс инженерных сооружений вокруг города включал в себя отлично оборудованные окопы, дзоты, проволочные заграждения и противотанковый ров. Выход в августе 1942 года 1-й немецкой танковой армии к Майкопу и угроза окружить советские войска около Краснодара, вынудили оставить оборонные сооружения. Их почти не использовали полгода назад. И вот теперь все это находилось в руках у гитлеровцев. Старания динчан, старокорсунцев, васюринцев, кочетинцев, пашковцев, краснодарцев обернулись теперь против нашей армии.

Особенно прочным был участок обвода на протяжении от станицы Динской вдоль восточной окраины совхоза «Агроном» до станицы Старокорсунской, именно там, где стояла 46-я армия. Немцы дополнили эту систему обороны новыми фортификационными сооружениями: окопами, ходами сообщений; создали обширные минные поля, все подходы перекрыли колючей проволокой.

Три дня дивизии 46-й армии вели ожесточенные бои на этом рубеже. Но прорвать оборону противника без артиллерии не могли, нечем было подавить огневые точки гитлеровцев. Его пулеметы, минометы, орудия вели огонь по нашим частям безнаказанно. Надо было протаранить вражеский оборонительный пояс, создать надежные коридоры, по которым атакующие могли бы устремиться вперед. Но легкие минометы, которыми располагала армия, не в силах были сделать это.

«9 февраля к нам в Васюринскую, – пишет в своих воспоминаниях И. П. Рослый, – прибыл командующий фронтом. Прибыл, что называется, налегке, на вездеходе с одним автоматчиком. Как обычно, насупив брови, Масленников поздоровался, а потом строго спросил: «Почему ваша армия вот уже три дня топчется на месте?» Я доложил обстановку, обратив внимание на то, что армия до сих пор воюет без артиллерии, а противник занимает прочные позиции».

На следующий день, 10 февраля,подошла артиллерия и изменила обстановку в пользу сорок шестой. Ранним утром 11 февраля 1943 года тысячи мин и артиллерийских снарядов обрушились на головы врага. После артподготовки все части 46-й армии атаковали противника по всему фронту. Кое-где враг пытался организовать сопротивление, но тщетно. Обратимся к воспоминаниям самого командующего. Никто так точно не передает события, как человек, который был не только в центре этих событий, но и являлся их главным их организатором.

«На юго-восточной окраине совхоза «Агроном», – пишет Иван Павлович, – фашисты трижды переходили в контратаку. Однако враг оказался бессильным перед мужеством наших бойцов, перед их волей к победе. Сержанты Кузнецов и Нахимбаев встречали каждую контратаку врага огнем своего станкового пулемета. Хорошо выбранная позиция давала возможность пулеметчикам бить без промаха. Когда враг попытался скрытно пробраться в наш тыл, гитлеровцев встретил прицельным огнем старший сержант Чудовский.

Все контратаки противника были отбиты, но дальнейшему продвижению на этом участке мешал огонь двух дзотов. Подавить огневые точки вызвался младший сержант Бескровный. Мастерски ведя огонь из ручного пулемета, он заставил замолчать сначала один, а затем и второй дзоты. Линия обороны противника на этом участке была прорвана».

Это около «Агронома», а вот что пишет командарм о боях на динском направлении: «…через несколько минут громовое «Ура!» донеслось со стороны Динской: подразделения 9-й горнострелковой дивизии, ворвавшись в траншею гитлеровцев, завязали рукопашный бой». Станица Динская была освобождена к 9 часам 11 февраля. Одним из первых врывается в станицу 121-й стрелковый полк из 9-й горнострелковой дивизии. В рядах этого полка сражается разведчик Васюков Данила Тимофеевич, который на следующий день водрузит красное знамя над Краснодаром. Впрочем, Динская оказалась на стыке действий двух армий, поэтому в освобождении нашего районного центра участвовали также части 37-й армии генерала Козлова».

40-я мотострелковая бригада генерал-майора Цепляева выбила немцев из Старокорсунской и чуть позже из Пашковской. В Пашковскую генерал Рослый переносит из Васюринской свой КП. Первая (внешняя) линия обороны противника прорвана. В это же самое время части 37-й армии вели очень напряженные бои за Новотитаровскую, а 10-я стрелковая бригада подполковника Н. М. Ивановского из 18-й армии готовилась форсировать Кубань и атаковать Краснодар с юга.

На северных и восточных окраинах поселка Калинина была вторая линия обороны противника, более мощная, чем первая. Тогда командарм Рослый строит план освобождения города на угрозе окружения гитлеровцев. Бригада Н. Ф. Цепляева выходит на южную окраину краевого центра, соединяется здесь с только что форсировавшей Кубань 10-й стрелковой бригадой подполковника Н. М. Ивановского, переданной в 46-ю армию из 18-й. Совместными действиями бригады овладевают южными и юго-западными частями города. С северо-запада входит в город 9-я горнострелковая дивизия. Соединения дугой огибают вражескую группировку в Краснодаре, угрожая замкнуть кольцо западнее города. Боясь окружения, фашисты вынуждены спешно покинуть город. 31-я дивизия П. К. Богдановича овладевает центром города, и, как только это случилось, 12 февраля штаб 46-й армии передислоцировался из Пашковской в Краснодар и разместился в полуразрушенном здании главпочтампта.

Город освобожден. Шел 601-й день войны.

Снова по улице Красной красноармейцы идут

Сегодня мы без труда можем очень четко представить обстановку в городе и в окрестных станицах в день их освобождения. Фронтовые репортеры подробно описали радость и восторг населения от встречи с Красной армией.

В тот памятный день вместе с войсками вошел в город корреспондент газеты «Красная звезда» при 46-й армии Константин Симонов (возможно, «на пикапе драном»). 17 февраля главная газета советских вооруженных сил опубликовала его очерк «В Краснодаре». Очерк вошел позже в книгу К. М. Симонова «От Черного до Баренцева моря» вместе с очерками «Русская душа», «Гулькевичи – Берлин». Все они написаны на кубанском материале, на основе увиденного в освобожденных городе и станицах.

12 февраля 1943 года в Краснодаре оказался известный военный фотокорреспондент ТАСС Евгений Халдей. Вскоре его снимки с Нюрнбергского процесса над главными фашистскими преступниками облетят газеты всего Союза. А сейчас в освобожденном городе мало кто обращает внимание на молодого человека с двумя кубиками в петлицах – лейтенанта. Его «лейка» оставила нам прекрасные моменты. И не только он, и другие военные фотокорреспонденты оставили память о радостном для Кубани дне.

Вот в город входит армия. При стремительном наступлении с заснеженных гор не успели сменить полозья на колеса. Лошади с усилием тянут сани по булыжнику мостовой. Вот И. П. Рослый разговаривает с женщинами, перенесшими фашистскую оккупацию. Платки, береты, на глазах слезы. Правая рука генерала вложена за борт шинели – любимый жест командующего. Вот объектив выхватил встречу с жителями освобожденного города уроженца Краснодара, молодого старшины 248-го полка Я. Т. Ганзина. Он в буденовке – отжившей детали обмундирования. Кстати, еще очень многие воины изображены на фотографиях в буденовках.

Вот митинг в освобожденном Краснодаре. На платформе ЗИС’а с опущенными бортами – П. И. Селезнев, генерал-майоры И. П. Рослый и Н. Ф. Цепляев. На генералах – простые солдатские шинели. На треугольных шинельных петлицах – по две звездочки. Генеральские ординарцы еще не спороли с генеральских шинелей петлицы, а армейские интенданты еще не успели снабдить даже командующих погонами. Чуть больше месяца, как они введены – 6 января. Это было время, когда «командиров Красной армии» все чаще стали именовать забытым после революции словом «офицеры», а рядовых воинов стали называть не «бойцы» или «красноармейцы», а «солдаты».

А вот по краснодарской улице с оркестром во главе, чеканя шаг, идет строй красноармейцев. И увидев, что:

«Снова по улице Красной

Красноармейцы идут»,

вдохновился известный поэт Илья Сельвинский. Вечером он читает по Краснодарскому радио стихи, посвященные освободителям:

Флейта и трель барабанья…

К морю отбита орда.

Здравствуй, столица Кубани,

Милый, родной Краснодар!

На углах улиц, на столбах стоят поставленные по распоряжениям политотделов громкоговорители. Из них несутся русские песни, марши. Люди высыпали из подвалов, сараев, где долгие полгода прятались от оккупации. Все на улице, и в душе ощущается праздник. А вечером по всем громкоговорителям, срочно установленным не только в городе, но и в освобожденных станицах, торжественный голос Юрия Левитана зачитал в сводке Совиформбюро «В последний час»:

«12 февраля на Кубани наши войска в результате решительной атаки овладели городом Краснодар, а также заняли районный центр и железнодорожный узел Тимашевская, районный центр и железнодорожные станции Роговская, Динская, Новотитаровская, районный центр Тахтамукай».

Последний привал

После освобождения Кубани генерал И. П. Рослый участвовал еще во многих сражениях. Его воины в составе 1-го Белорусского фронта дошли до Берлина и вели последние бои в фашистской столице за овладение имперской канцелярией. После победы генерал еще полтора десятка лет служил в Советской армии на различных командных должностях. Лишь в 1961 году ушел в отставку, поселился в Одессе. Здесь работал над своими воспоминаниями. Первая книга «Выстоять и победить» вышла в Москве в военном издательстве в 1977 году, следующая – уже после смерти автора. Называлась она «Последний привал в Берлине» (М.,1983). Иван Павлович неоднократно приезжал в Краснодар, рассказывал о боях на Северном Кавказе и устно, и на страницах «Советской Кубани», краевой газете того времени.

Скончался И. П. Рослый в октябре 1980 года, похоронен в Москве, на Кунцевском кладбище. Здесь закончился боевой путь солдата, здесь он остановился на свой последний, постоянный привал.

Парад победителей

А в заключение, нарушая хронологию повествования, хочется напомнить еще об одном эпизоде военной жизни страны. Этот эпизод, как и все предшествующие, теснейшим образом слился с биографией генерала И. П. Рослого.

В мае 1945 года Маршал Советского Союза Г. К. Жуков назначил Ивана Павловича Рослого командиром Сводного полка 1-го Белорусского фронта на Параде Победы, который должен состояться в Москве. С радостью принял Иван Павлович назначение командовать «героями Берлина», потому что для формирования полка прибывали лучшие из лучших: Герои Советского Союза, полные кавалеры ордена Славы, воины, удостоенные других высоких наград.

24 июня 1945 года. Москва, Красная площадь. Замерли в строгих, стройных шеренгах парадные колонны. Из ворот Спасской башни на грациозном белом коне выехал принимающий парад Г. К. Жуков, заместитель Верховного Главнокомандующего и заместитель наркома обороны СССР, Маршал Советского Союза. Он принял рапорт командующего парадом Маршала Советского Союза К. К. Рокоссовского и объехал войска. «Слушайте все!» – пропели фанфары. Сводный военный оркестр в составе 1400 музыкантов исполнил гимн великому русскому народу «Славься, русский народ» М. Глинки.

Вслед за Знаменем Победы, которое было водружено на рейхстаг, строевым шагом под медь военного оркестра прошли десять сводных полков от каждого действовавшего к концу войны фронта: Карельского, Ленинградского, 1-го Прибалтийского, 3-го, 2-го, 1-го Белорусских, 1-го, 4-го, 2-го и 3-го Украинских. В каждом сводном полку – свыше тысячи человек.

Командовал Сводным полком 1-го Белорусского фронта Иван Павлович Рослый – освободитель Динского района.

Юрий БОДЯЕВ.

Историк-краевед.

Станица Динская.