Сетевое издание: сайт общественно-политической газеты "ТРИБУНА" Динского района Краснодарского края
Динской район на РИФ-2017 заключил семь соглашений
02.03.2017 18:12
Облик райцентра будет меняться
03.03.2017 14:17

Живет такой парень!

Живет такой парень!

Не удивляйтесь, но порой встречи с простыми людьми, о жизни которых мы не перестаем рассказывать на страницах «Трибуны», происходят не только в стенах редакции. У народной газеты много друзей и в социальной сети «Одноклассники», страница «Трибуна Динской район». Как свидетельствует статистика, с районкой дружат жители Германии, Казахстана, Италии и других стран.

Но, пожалуй, самый наш необычный подписчик – Юра Чагин из далекого села Тоора-Хем Тоджинского района Республики Тыва, Россия.

На обычную заметку о том, что в Динском районе с помощью прокуратуры людям вернули доступ к реке 2-я Кочеты (фермер закрыл односельчанам доступ, огородив воду металлическим забором), охотник из Сибири живо отреагировал:

– Речка у вас красивая!

И пошел живой диалог с динчанами.

Потом получился настоящий форум грибников, рыбаков и любителей чистых рек!

Юрий начал писать о красотах своего сурового края… Несколько недель подряд мы с удовольствием читали о незнакомой кубанцам таежной жизни, а потом решили опубликовать Юрины заметки (орфография и стилистика сохранены):

– У нас мороз – минус 32! И тайга стоит закуржавелая! А в избушке тепло, дрова в печке трещат. Воды накололи, ухи наварили, чего еще делать? Ах, да! Енисей промерз, лед колем и топим. И тишина…

– Ночами лед на реке стреляет. Это он при замерзании сжимается и лопается. Удивительно, вода при замерзании расширяется, а лед сжимается! На метр с километра!

– Весна у нас в мае, когда Большая река ото льда освободится… У меня друг в Динскую переехал. Ох и трудно ему там без тайги, ее запахов, трав и бесконечности…

– В этом году грибов белых было – пропасть! Друзьям 28 килограмм соленых груздей привозил и жареных белых в масле. Еле в самолет пустили… Только добираться к вам тяжело. У нас железной дороги вообще нет. Или рекой, или на машине 150 км бездорожья. За грузди меня все жены друзей перецеловали!

– Завтра вверх по Хамсаре поедем, может, кому интересно, напишу. Просто я очень люблю свою Родину.

– У нас сегодня термометр замерз утром. Старый еще, ртутный. На 39 градусов. Значит, было за 40. А днем ничего. Налимов сегодня привезли. Как дрова!

– Дизель выключили и привет! Мы же живем на краю света… Железной дороги за 900 км нет. Автобусы к нам не ходят. До ближайшего поселка Бояровки 150 км грунтовки через 2 перевала, свет – дизель. Зато охота, рыбалка, брусника и легендарная страна Тофалария.

– Я и Атгадай (это собачка моя) тоже гоняем любителей за собой не убирать. Они от Кызыла на мощных моторах по Бий-Хему к нам плывут за 140 км, а тут мы! Здравствуйте, зеленый патруль. Но, надо признаться, люди в основном понятливые… Да еще когда из тайги выходит Бармалей с ружьем и собакой, люди становятся чище и добрей!

– Ну, все! Борщ в чашке замерз, сейчас мы его в рюкзак, а в избушке разогреем! Путики едем осматривать.

– Не очень я писатель, ну да ладно! У нас потеплело, кухта (косматый иней на деревьях (ред.) с деревьев за шиворот падает, когда на буране едешь под пихтушками (дерево пихта (ред.). Компьютер не знает слов «кухта» и «пихтушка». Чем они там думают, разработчики словарей? Ну вот ездили мы по реке Чаваш до избушки. Чем у меня на Чаваше хорошо, так это тем, что людей нет даже летом. Он мелкий, на моторе не пройдешь. В избушке порядок, медведи еще спят.

– На этой речке я с 14 лет. Зимой она не промерзает, как Енисей, и можно воду не топить. И картошку, чтобы не заморозилась, можно в мешок и в воду. Там плюс всегда. А избушка наша из сосны – светлая, теплая. Чай из таволги. Сам я не промысловик, больше любитель.

– Чаваш впадает в золотую Хамсару… Золотая, потому что осенью лиственницы желтеют перед тем, как сбросить иголки, и все берега желтые и грустные. А Хамсара впадает в Бий-Хем. Хем значит «река». А Бий – «большая». Большая река – это и есть Енисей.

– Этим летом приезжали поляки на рыбалку. Ну, погрузили мы их в две лодки и вверх по Енисею километров за 80. Там можно руслом пройти, а можно рукавом, где мелко и перекаты. Собачий брод называется. Ну, я их рукавом и повез. Пусть, думаю, шестами часок потолкаются.

Когда они в четвертый раз сказали «Курва така», я стал подозревать, что это относится и ко мне. А чего они, то за наших, то не за наших! Так – обычные люди. Когда заболел один у них, я коры осиновой надрал и внутреннюю часть наскреб им в кружку. Кипятком заварили, напоили и вылечили парня. Сказали, что русских в войне не победить: они из осины аспирин делают.

– Запуржило у нас маленько. Пора из избушки в поселок. Так-то мы были в Ырбане: 50 дворов в нем. А сейчас поедем в Тоора-Хем, там мы и живем. И школа есть. Тоора по-тувински значит «поперечная», Хем – «речка». Ке – «привет». Ча – «пока». Все просто!

– Еще у нас есть аржааны – горячие и целебные ключи в тайге, деревни староверов, где двумя пальцами крестятся, маралы, из пантов которых делают лекарство пантокрин… Ну не рассказать всего!

– Здесь мне написали, что мы – дикая Азия и, кроме как охота и рыбалка, шибко ничего не знаем. Отвечаю. Да, мы – Азия, и в Кызыле даже стоит памятник – Центр Азии. Там же, кстати, и музей Шойгу. Да, у нас морозы за 50 зимой и мошка летом. Да, дорога до Кызыла через два двухтысячных перевала. Да, моемся в бане, а не в ванной.

Но здесь живут русские люди и занимаются любимой работой! Некоторые уезжали и вернулись. Не смогли жить в городе с его суетой. Что касается меня, то я служил в армии, учился в институте, работал в Салаире на шахте горноспасателем 11 лет, бывал во многих городах. Ну не могу ходить я по асфальту с бетоном, дышать городским воздухом, не видеть неба Хамсары и снеговых вершин. Там ведь дикие яки еще водятся!

Я живу и работаю на своей родине, где воду из реки можно пить, где кедровые орехи можно собирать даже весной (бурундуки не успевают собрать), где закаты все разные и по ним можно узнать погоду на завтра, где голубику и бруснику собирают скребком – так ее много (по желанию можно и ползунику, но ее надо собирать вдвоем), – где на мху спится, как на перине.

Багульник у нас покупают москвичи и продают в переходах по веточке, а он у нас по всей тайге, папоротник закупают япошки (его если пожарить, он напоминает грибы). Про хариуса вообще молчу. А когда ураган, или тушкен, то вверху тайга гудит, а снизу тишина: в избушке чай пьешь с травами, и на душе уютно. И вы хотите, чтобы мы в город? Нет, уж лучше вы к нам – в дикую Азию!

Читатели «Трибуны» комментируют…

Алексей:

– Хватит душу травить! Я сам со средней полосы, однако по лесам и грибам скучаю. У нас тоже и клюква там была, и брусника!

Ольга:

– А я на Чукотке 30 лет прожила, там тоже такая же красота и люди добрые. Эх, ностальгия – остались только память и фотографии.

Ю л и я:

– Если б Юрий писал рассказы про свою родину, уверена, читателей было бы много…

Анжела:

– Юра, как же интересно! У меня улыбка не сходит с лица! Сколько новых слов и названий узнала, о которых даже не слышала! Да Вы просто кладезь, источник всего нового для большей части населения нашей необъятной страны. Как здорово и интересно Вы пишите! Я в восторге!

Читала и рисовала в воображении эти красоты северной природы, даже Вашего Атгадая представила! Он, наверное, все таежные шарады быстренько отгадывает! Передайте привет Атгадаю с Кубани и потрепите его за ушко.

Ирина:

– Вы – настоящий русский человек! Поклон Вам глубокий. Вы – неисправимый оптимист!

Материал подготовил Виталий УШКОВ.