Три угрозы современного мира
18.04.2014 11:03
Служат динчане в президентском полку
22.04.2014 11:10

Об этом нельзя забывать…

Об этом нельзя забывать…

Встреча  прошедших через ад

Узнав, что и у нас в станице Васюринской проживают малолетние узники, мы с Маргаритой Абрамкиной решили их навестить, узнать, как они сейчас живут, и пригласить их на встречу с детьми в библиотеку.

На встрече в детской библиотеке присутствовали и представители совета ветеранов: Н. А. Сафонова и Г. К. Скляров. А Елена Шабунина показывала слайды. Очень жаль, что по состоянию здоровья не смогли прийти все, кто пережил ад нацистских концлагерей, но мы передали их воспоминания всем присутствующим. Самый старший из узников – Иван Федорович Анцупов – не смог присутствовать сам, но пришла его дочь Нина Ивановна Орлова, чтобы рассказать, через какие ужасы пришлось пройти ее отцу.

В костре находили кости…

Из воспоминаний Ивана Федоровича Анцупова (1927 г. р.):

«До 1995 года мы боялись говорить, что были узниками концлагерей. Это считалось предательством. Боялись называть свое имя, свою фамилию. А то, что пережил, врагу не пожелаешь.

Когда пришли немцы, мы жили на Украине. Фашист оккупировал Донбасс в июне

1942 года. Нелюди ходили по домам, составляли списки, и я был в этом списке. В первый раз сбежал. Домой пришли полицаи с собаками, под дулом автомата стали расспрашивать у матери, сказали, если не появлюсь, то убьют и ее, и всех остальных малолетних детей – моих братьев и сестер. Мама очень испугалась, но немцы сами меня поймали, а куда убежишь, когда кругом фашисты? Погрузили нас в товарные вагоны, как селедку, – ни сесть, ни лечь было невозможно. Повезли в июле, а привезли в Германию только в октябре (в западную часть Майнерцанен). У нас не было теплой одежды, обуви. В чем поймали, в той одежде мы и ехали. Дети для гитлеровцев –

это рабы. В дороге есть не давали, под дулом автомата на остановках заставляли искать все то, что растет под ногами. Кто что находил, то и ел. Правда, два раза в месяц водили в баню. Немцы очень боялись, чтобы мы не заболели тифом, опасаясь заразиться. По прибытии нас отправили в барак. Нары из грубых досок, вместо подушек – сено, посредине буржуйка, из шнура вязали коврики-подстилки. Кормили два раза в сутки, давали зелень. Варили в котле брюкву, капусту, картофель. Хлеб давали в сутки 50 – 80 граммов.

Как работали? Подъем в семь утра, построение – и в карьер отправляли. Киркой из горы долбили  камни, складывали штабелями, перебивали на щебенку. До 18 часов работали, потом опять построение, после ужина до 22.00 все садились на нары, нельзя было разговаривать, лежать, спать. При входе полицая если не успеешь встать, поклониться, то сразу забирали в каморку и били шлангом. Затем садили в «холодную комнату» (пол залит бетоном, нет ни сена, ни нар) и держали по двое суток… Так проработал ровно год, потом перевели на завод, где нужно было 15-титонный пресс смазывать солидолом. Кислотой сжег руки, месяца два они были забинтованы. Были иногда ночные вылазки, когда у немцев подыхали собаки, их сжигали, а мы в костре находили кости, доставали оттуда жидкость и так питались…

Однажды утром проснулись и увидели на улице танки, подумали, что это русские. Но это были американцы…»

Маленькая узница

Вера Степановна Караблина (07.09.1942 г. р.), уроженка Крымского района, воспоминания хранит со слов мамы:

«В 1943 году семью погнали на Украину, в колхоз «Червона Рута». Переплавляли

через Керченский пролив на баржах, перевозивших оружие. Во время налетов нашей авиации фашисты прикрывались женщинами с детьми. Выгоняли на палубу. Заставляли матерей поднимать детей над головами, чтоб с самолетов видели и не бомбили. Но все равно две баржи были разбомблены, лишь третья уцелела. В воде – кровь, крики, стоны. У мамы на руках – трое детей, один из них (мой брат) слепой. Мама взяла шаль, обмотала нас вокруг себя, и так мы поплыли. Вот так, когда мне было всего около года, мы вместе с мамой, старшей сестрой и слепым братом оказались в концлагере на Украине. Мать рыла рвы под орудия. Кормили очень плохо. Местные жители иногда помогали, давали продукты. Однажды заставили копать длинную и глубокую траншею. Мать поняла, что нас должны расстрелять, и решила бежать. Охрана плохо нас охраняла, ведь все были немощные, и немцы думали, что никто не рискнет совершить побег. Нам повезло, и мы спрятались у местных жителей».

Застывшую кровь убирали руками

Прочитали на встрече и воспоминания малолетних узников фашистских концлагерей: М. Д. Финогеновой и Т. О. Блык, которые не смогли прийти.

Представитель отряда «Поиск» Елена Шабунина рассказала ребятам, что и в станице Васюринской был фашистский этапный лагерь. Держали там людей по два-три дня и гнали дальше. Располагался он в клубе «Ивко». Узники сами себе делали нары. Раз эти нары рухнули и более 200 человек придавило. Женщины, дети убирали застывшую кровь и завалы руками.

Вот уже пять лет на Кубани проводится мероприятие «Свеча памяти». Ребята из отряда «Поиск» принимают свечу из станицы Воронежской, несут в васюринский храм, затем передают в Старокорсунскую.

В завершение встречи мы сфотографировались на память. Мы должны помнить, мы будем помнить то, что творили с нашими людьми фашисты, полицаи и бандеровцы. И не предадим…

Раиса КОЛЕМАСОВА.

Станица Васюринская.

 

Do NOT follow this link or you will be banned from the site!