Мировая акция против жестокого обращения с детьми пройдет на территории Кубани
19.04.2019 17:58
 В библиотеках сегодня – самая яркая ночь в году. Читали! Смотрели! Играли!
20.04.2019 22:03

Александр Фисун: «Это будет новый опыт»

Александр Фисун: «Это будет новый опыт»

Недавним гостем редакции газеты «Трибуна» стал Александр Анатольевич Фисун. Динчане знают его по работе в районной администрации. Чем сейчас занимается Александр Анатольевич и какие идеи воплощает в жизнь, он рассказал в ходе эксклюзивного интервью журналисту «районки»…

– Александр Анатольевич, почему Вы решили посвятить свою жизнь психологии?

– Как вы понимаете, для того, чтобы занимать ответственные должности в администрации, мне в трудовой деятельности надо было пройти определенные этапы. По образованию я психолог. Начинал трудовую биографию в 1991 году в школе № 4, работая именно психологом. Директор образовательного учреждения Людмила Ивановна Беловол пригласила меня, надеясь на то, что это направление будет востребовано. И действительно, в 90-е годы, когда в нашем обществе происходили тяжелейшие перемены, интерес к психологии был очень высок. Впоследствии работал заместителем директора школы по психологической работе. Пригодились знания по психологии и в Центре внешкольной работы, управлении образования, администрации района. Так, в Центре детского творчества мы развивали несколько направлений, целью которых была поддержка одаренных детей и формирование у ребят ситуаций успеха. А творческая деятельность сама по себе имеет терапевтическое воздействие на ребенка. В управлении образования занимались тем, что вводили ставки школьных психологов и большое внимание уделяли развитию психологической службы. Со временем менялись подходы. И переход на новые федеральные государственные стандарты внес коррективы. Сегодня действия психологов в школах регламентированы, прописан буквально каждый их шаг…
Конечно, и в должности заместителя главы по социальным вопросам мне пригодились определенные навыки, когда каждый день ко мне обращались люди, которые нуждались в помощи, и необходимо было организовать взаимодействие между земляками.
Некоторое время после того, как покинул пост замглавы, учился и трудился не в Динской. Свое же возвращение в районный центр начинаю с работы в Доме творчества станицы Динской. Это будет практическая помощь детям и взрослым. Благодарю Нину Владимировну Сатарову за взаимопонимание и считаю, что обязательно в учреждении допобразования должен работать специалист-психолог.

– В течение года Вы получали дополнительное образование?

– Мне посчастливилось встретиться с выдающимся ученым из Санкт-Петербурга – Дмитрием Викторовичем Ковпаком, председателем одной из психотерапевтических ассоциаций, автором научно-популярных книг по психологии в направлении, которое полностью разделяю. Семинары этого психотерапевта, ученого, педагога и методиста стали для меня целой вехой в жизни. Именно на них я получил специализацию вместе с группой психотерапевтов города Москвы.
И хотя у меня есть одно психологическое образование, полученное в 1993 году, решил никого не «травмировать» предъявлением своего 20-летнего диплома, и в прошлом году также окончил Московский институт работников социальной сферы по направлению «практическая психология и консультирование». Для меня важно было поднять образовательный уровень и получить специализацию. А дальше – практиковал. Меня пригласили на работу в Якутию в большую угледобывающую компанию, в тайге, на угольном месторождении, в поселке, где проживает тысяча человек. И хотя это было не основным занятием, я и там не бросил психологическую практику. Кроме того, вел и онлайн-приемы. Были уникальные ситуации, когда, не понимая, что разница во времени –
6 часов, меня периодически ночью кто-нибудь беспокоил из Динской или Краснодара…

– Чем Вы занимаетесь сейчас, и есть ли какая-то определенная идея организации Вашей деятельности?

– Планирую непосредственно и конкретно заниматься психологией. Буду максимально включаться в работу системы образования для того, чтобы те знания, те новые подходы, которые готов пропагандировать, не были где-то в блокноте, столе, в компьютерных файлах, а стали доступны для коллег, педагогов, родителей.
Вначале это будет работа на базе Дома творчества станицы Динской (улица Красная, 82) и одной из школ станицы Динской, затем, если все будет складываться благополучно, мы, безусловно, будем объединяться с коллегами, обмениваться опытом. А еще параллельно обязательно буду вести личный прием – в кабинете психолога (станица Динская, улица Калинина, 49, 2 этаж, редакция газеты «Трибуна»). Конечно, предварительно необходимо записаться, позвонив по номеру 8-918-432-24-00.

– А какие задачи Вы перед собой ставите?

– Мне важно, чтобы у населения сформировалось верное представление о том, что такое психологические услуги и для чего они нужны. Само слово «психология» несколько пугает… Возможно потому, что очень устойчиво в России представление о карательной психиатрии, когда человек, испытывающий проблемы с психикой, ограничен в выдаче разрешения на оружие, не может заниматься определенной работой и так далее. Конечно, никто не хочет попасть в некий «черный» список. Кроме того, у нас не принято советовать сходить к психологу, а родители даже иногда пугают детей, говоря:
«Будешь такие вещи творить, пойдем к психологу…». Необходимо понимать, что психолог может в первую очередь помочь улучшить качество жизни! Чем отличается помощь специалиста? Он подскажет, как вам взглянуть на проблему с другого ракурса. И, обсуждая какие-то общие вопросы, может быть, вы придете к другим выводам. Это будет новый опыт. То есть психолог – это партнер для совместной работы по оптимизации своих представлений о жизни, а также человек, который, в какой-то степени, играет роль «зеркала».
Есть такая фраза: «Лучше плакать в кабинете психолога, чем смеяться в кабинете психиатра». Зачем запускать ситуацию? Мы все время себя виним в чем-то, мы что-то кому-то должны, или нам кто-то должен, мы стараемся что-то сделать идеально, но не всегда получается… Очень злую шутку с нами играет реклама. Представьте: простой человек, который получает среднюю зарплату, включает телевизор и видит, как к очень красивому современному дому подъезжает шикарный автомобиль. Именно это с точки зрения зрителя – олицетворение успешности. И вот человек, который целыми днями работает и получает в итоге
зарплату, которая позволяет только свести концы с концами, говорит: «Мои родители не там меня учили» или «Я не за того замуж вышла», а дети спрашивают родителей: «Как вы нам собираетесь что-то подобное обеспечить?». В результате возникает переоценка ценностей.
Когда спрашиваешь у детей, кем бы они хотели быть, они называют определенные профессии. Но не потому, что они уважаемые, а просто подростки в Интернете или телевизоре увидели, что представители именно этой профессии имеют высокий доход. И когда подростки оценивают одноклассника с точки зрения, есть у него что-то или нет, то потом именно так они выбирают и партнеров, уже взрослея. Вот говорят: «У вас есть возможность успешно сдать экзамены и поступить в лучшие вузы страны». Да, у каждого есть такой шанс, но родители должны обеспечить пребывание в городах, где находятся лучшие университеты и институты, а это непростая задача. Эти и многие другие вопросы можно рассмотреть, разобрать…

– Как решаете проблемы детей, взаимодействуете с родителями?

– Уверен: ребенок формируется под действием взрослого. Поэтому нужно, чтобы в семье были позитивный настрой и нормальное эмоциональное состояние. Что бы мы ни говорили о великой роли
сверстников, но в конечном итоге, особенно в ранне-подростковом возрасте, ориентация на родителей действительно весомая.
А если есть какие-то проблемы, нужно их решать, в том числе, не боясь обратиться к специалисту. Когда встречаемся с родителями, я предлагаю им начать разговор, заявка должна идти от них. Но ее может и не быть. Почему? Зачастую они просто не знают, к кому обратиться…

– Что Вы можете предложить землякам? Какова Ваша специализация?

– Моя специализация – работа с тревожными состояниями. Эта проблема существует у четверти населения точно. И сказывается это, в том числе, и на физиологии. Представьте, в обычном состоянии человек употребляет в минуту 7 литров воздуха, при тревоге – до 50, в состоянии паники – до 150! Все системы организма работают по-другому. И если человек все время тревожится, он неизбежно становится пациентом поликлиник. Поэтому так важно контролировать уровень тревожности, а если человеку не хватает каких-то определенных приемов, практик, он может получить их у специалиста-психолога.

– Ведете ли модные онлайн-консультации, и насколько они продуктивны?

– Обязательно. Для первичной консультации и уточняющих вопросов в процессе работы такой подход вполне возможен. Здесь важно все: тембр голоса, с каких слов психолог начинает разговор, и что при этом будет происходить, даже с какого раза человек дозванивается. Все играет роль! Так формируется первое впечатление. Если понравится специалист, клиент придет на вторую полноценную консультацию. Однако желательно очное взаимодействие, оно все-таки является приоритетным.

– То есть, бояться не стоит. Нужно идти к психологу и консультироваться…

– У нас же очереди выстраиваются в салоны магии, к гадалкам, которые снимают сглаз. Но сейчас же 21 век! Конечно, если напишу на двери в кабинет, что снимаю порчу, по крайней мере те люди, которые не знают, что я работал заместителем главы
администрации, на полном серьезе придут на сеансы магии. Но на самом деле, в большинстве
случаев такие приемы – это
мошенничество. И нужно, чтобы земляки понимали, что только нормальное, цивилизованное решение проблемы – единственный выход.

– А что касается взаимоотношений в семье между супругами?

– Редко когда оба супруга понимают, что зашли в тупик в отношениях. Например, кризис среднего возраста – очень серьезная пора. И конечно, посещение психолога, который консультирует по взаимоотношениям в семье – это возможность сохранить союз. В большинстве случаев приходится разговаривать с одним из суп-
ругов, потому что другой категорически против общения. И мы тогда договариваемся сразу: я не занимаю чью-то сторону, а позволяю себе, немножечко пообщавшись с клиентом, предложить некое разнообразие во взглядах на проблему. И это – максимум, что я могу. Если это даст какой-то эффект, буду только счастлив.

– Говорят, что сложно с подростками?

Вообще, у подростка в юношеском возрасте очень ранимая психика. Взрослые должны понимать, что в 13-17 лет у детей каждый день – борьба, испытание: они доказывают свое право на мнение, на общение. Это очень трудный период. И с подростками нужно обращаться, как с самым хрупким утонченным предметом.

– А как же с малышами-дошкольниками?

– Большую роль играет та мера и доля любви, которая подарена ребенку, в том числе количество тактильных ощущений. В детском возрасте для малышей важно ощущать: что бы ни происходило в этом мире, рядом находятся родители, близкие люди, которые всегда помогут и поддержат, и при этом мальчишкам и девчонкам нужно позволять самим осваивать мир. Бывает, что ребенок оказывается в ситуации изоляции от родителей. И очень тяжело, когда мы компенсируем игрушками или вещами свое общение, потому что во взрослом возрасте сын или дочь могут понимать отсутствие каких-то презентов, как нехватку
любви.
Если ребенок достаточно контактирует с родителями, у него большинство сложностей пройдут незамеченными или с наименьшими потерями.
Беседовала Марина СУЛИМА.