Антинаркотическая комиссия сообщает
02.08.2018 13:35
На приеме у главы
02.08.2018 14:18

Был и спорт, и «лихие 90-е»

Был и спорт, и «лихие 90-е»

Сегодня в очередной беседе с В. М. Очередько, бывшим директором Васюринского завода ЖБИ, мы затронули темы не только спортивной жизни, но и то, как заводчане выстояли в непростые времена «ельцинских реформ».
– Вячеслав Михайлович, нам известно, что завод имел звание «Предприятие высокой культуры производства и быта».
– Да, на заводе придавали большое значение благоустройству. В бытовых помещениях стены были облицованы керамической плиткой. В то время, чтобы получить керамическую глазурованную плитку с рисунком, рабочие Васюринского ЖБИ ездили трудиться в город Железнодорожный Московской области, на керамический завод. Заводчане там работали, а нам за это продавали плитку. Художник Ю. Тыминский и его жена очень эстетично оформили стены в мужских и женских бытовых помещениях, а также формовочные посты. Вот за это крайком партии и крайисполком наградили коллектив памятной литой доской с надписью «Предприятие высокой культуры производства и быта». Кстати, раз заговорили о керамической плитке, то расскажу вам интересную историю. В жилом поселке есть дома с рисунком на торцевых стенах, выполненных из керамики. По проекту реконструкции, для цеха комплектации и отгрузки с Ташкентского машиностроительного завода «Подъемник», должны были поставить 6 мостовых кранов для пролетов шириной 30 метров. Но нам отказали, объяснив это тем, что завод перегружен заказами. Я попросил руководство треста съездить в командировку в Ташкент. Прилетел, договорился, поставка кранов наладилась. Тогда негласно действовало правило вежливости – если ко мне приезжал директор с просьбой, я обязательно ему помогал.  На Ташкентском ДСК меня заинтересовали рисунки на панелях стен. Разыскал художника, сотворившего этот шедевр, и он поделился со мной методикой. На листах крафтбумаги по размеру панели он рисовал листья, лепестки, ветви или любой другой элемент рисунка. Каждый фрагмент помечался буквами, которые обозначали цвет, например: Б – белый, С – синий, З – зеленый и так далее. Затем в специальной мастерской формовочного цеха приклеивали к листам бумаги кусочки керамической плиточки того цвета который был написан. На фасаде получался рисунок. У нас была такая мастерская, но плитку там наклеивали произвольно, смотрелось как брекчия. Вернувшись на завод, я рассказал об увиденном нашему художнику. Он стал придерживаться новой технологии и рисунки на фасадах домов стали оригинальнее.
– Спортивная жизнь района не обходила вас стороной?
– Конечно, а как же без занятий физкультурой и спортом. В этом деле я был главным «зачинщиком». После окончания школы уехал учиться в Сталинград. Параллельно занимался спортивной борьбой. В 1958 году в системе Управления трудовых резервов на областных соревнованиях по классической борьбе занял первое место в своей весовой категории. В армии, в военной Академии
бронетанковых войск, на третьем году службы меня зачислили в состав сборной  футбольной команды. Мы выиграли в финальной игре и заняли первое место в Московском военном округе. Отсюда и началась моя любовь к спорту. Вначале мы построили волейбольную площадку, на которой в обеденный перерыв соревновались любительские команды. Вскоре это стало традицией. С. А. Левченко взял на себя обязанности инструктора по производственной гимнастике. Он стал отличным организатором соревнований по волейболу и легкой атлетике. Все больше заводчан приобщались к спорту, и вскоре у нас появилась футбольная команда. С. А. Левченко вместе с А. Марухно, спортивным организатором местного колхоза, устроили соревнования между заводской и колхозной командами. Заводчане стали участвовать в районных состязаниях, и наша команда стабильно занимала первые и вторые места. Команду завода пригласили участвовать в первенстве Краснодарского края. Это уже серьезная работа, тут нам было не обойтись без спортивного зала, который у нас на тот момент отсутствовал…
– И где же тренировались спортсмены?
– На балансе завода было большое высокое здание, в одной половине которого размещался центральный материальный склад, а вторая его часть была свободна. Я в то время работал начальником бетоносмесительного цеха. И мне в голову пришла интересная идея. С торца и с одного бока здание кажется высоким. А с другой стороны – рампа для разгрузки грузов из железнодорожных вагонов, а значит, пол внутри здания – на уровне рампы. Надо было как-то погрузить и вывезти из этой части здания почти 1000 м3 грунта. Предложили А. И. Попову, секретарю комсомольской организации, собрать ребят и выполнить эту работу. И он с энтузиазмом взялся за дело. Надо было разобрать торцевую стену здания, вывезти грунт и построить стену заново. Дали комсомольцам бульдозер, экскаватор и самосвал. Работу они выполнили хорошо. За дело принялись рабочие стройгруппы, которые построили гардеробные, душевые, санузел, кладовки для спортинвентаря и комнату для инструктора. В спортзале постелили полы, оштукатурили и покрасили стены. Художник Ю. Тыминский украсил стены в спортивной тематике. Получился отличный спортзал. Был составлен график тренировок команд по разным видам спорта. В то время нужно было проявить инициативу и предприимчивость, чтобы заработать на спортивную форму и качественные мячи. С. Левченко, помощник директора по спортивной работе и А. Беспалов, председатель профсоюзного комитета, съездили в Москву и привезли экипировку для футбольной и волейбольной команд завода.
– Как изменились условия работы во время инфляции 90-х годов?
– Сначала казалось, что все отлично! Свободное ценообразование, хороший рынок сбыта. Работникам основного производства повысили зарплату. Конец года, по данным бухгалтерии, встретили с большой суммой прибыли. Я собрал главных специалистов и начальников цехов, чтобы решить, какую сумму выплатить премиальной доплатой, а на какую приобрести новое оборудование. А на следующий день кассир, вернувшись из банка, сообщила, что денег на счете нет. Коллектив завода застыл в немой сцене. Я грешным делом подумал, что главный бухгалтер прокрутила какую-то махинацию. Тогда по телевизору часто говорили о хищении денежных средств. Я поехал в банк, попросил управляющую Н. Тютюнник помочь нам разобраться. Проверил и платежные поручения за август. Как раз тогда я был в отпуске, и перед этим взял печать завода и травмировал одну буковку. Как говорится, доверяй, но проверяй. Посмотрел платежные поручения, никакой ошибки там не обнаружил. В разговоре с управляющей банком мы все-таки нашли причину. Кто работал в то время, помнят, что цены на топливо и электроэнергию повышались по два-три раза в неделю. Индикатором для меня были автозаправочные станции. Как только вырастала цена на топливо, тут же приходили письма о повышении цен на энергию. При социалистической экономической системе об инфляции мы, производственники, знали только теоретически. А тут она стала рядом и «съедала» наши деньги. Как это получалось? Купили необходимые комплектующие, произвели продукцию, продали. Приобретаем следующее количество необходимых исходных компонентов, но за тоже количество платим сумму больше, потому что к этому времени цена уже повысилась. На бумаге прибыль получалась, а фактически ее «съедала» инфляция. Этого явления, к сожалению, не предусмотрели ни главный бухгалтер, ни экономист завода. Но их осуждать не стоит, они впервые столкнулись с такими проблемами.
– Какие еще трудности Васюринский завод ЖБИ пережил в то время?
– Госстрой России изменил требования по сейсмостойкости. В Краснодарском крае, на равнинной части, сейсмостойкость была шесть баллов, а стала на балл выше. Чтобы обеспечить эти требования, надо было изменить узлы соединений конструкций между собой. Понадобился новый комплект чертежей. Поехал в Москву главный инженер завода А. А. Помогалов. Вернувшись, сообщил, что комплект чертежей стоит
700 тысяч рублей. Завод не мог заплатить такую сумму. Я узнал, что главный инженер и главный конструктор КБ прибыли в город Ставрополь. Приехал туда, откровенно сказал о нашей бедности. Я видел у них в Москве макеты технологических линий на заводах в разных областях страны. Сказал им, что решение нашей проблемы находится в одном альбоме чертежей: «Вам ведь не надо разрабатывать новые чертежи под 7 баллов сейсмостойкости. Они у вас уже есть. Если вы не продадите чертежи по приемлемой для нас цене, ваше же детище у нас погибнет», – сказал я. И тут главный инженер КБ спрашивает, сколько мы можем заплатить. Я назвал сумму – 50000 рублей. Он сказал: «Не менее 70000 рублей». Затем я приехал с готовыми бланками договора. Вписал сумму 60000 рублей и расписался. Главный инженер КБ тоже поставил свою подпись. В итоге – завод был спасен.
– А как произошло преобразование Васюринского ЖБИ в ООО ИСК «Будмар»?
– Были установлены очень высокие ставки налогов и взносов. Наш земляк
Н. И. Кондратенко, первый народный губернатор Кубани, организовал научно-практическую конференцию, чтобы разобраться с теми трудностями, которые навалились на строителей и стройиндустрию в целом. Я был в составе оргкомитета и выступал с докладом. Общаясь с другими руководителями, понял, что нас объединяют одни и те же проблемы. Из одного заработанного рубля 87 копеек надо было отдать на оплату налогов и взносов. Если мы покупали необходимые исходные компоненты, у нас не оставалось денег на выплату зарплаты. Если выдали зарплату – нет денег на покупку сырья. Многое приобреталось по обмену товаров. В краевой администрации в помощь предприятиям были разработаны расчетные обязательства краевого бюджета. По новой экономической системе жилые дома с баланса завода мы передали на баланс специализированного предприятия в станице Динской. Тепловой энергией дома обеспечивались заводской котельной. Когда дома числились на балансе завода, для нас это было бесплатно, так как пар котлами вырабатывался для тепловой обработки производимых изделий с целью ускорения набора прочности бетоном. Конструкция котла такова, что пар из верхнего барабана выходил с температурой порядка 130 градусов. А для тепловой обработки в камеры надо подавать пар с температурой 80 -90 градусов. Чтобы снизить температуру пара, мы его пропускали через пароводяной бойлер. Водой, нагретой паром, мы снабжали жилой поселок, а охлажденный пар подавали в камеры ТО. Когда дома перестали быть нашими, горячую воду мы продавали РЭП станицы Васюринской. У них не было средств на покупку горячей воды, так как бюджет района не выделял на это денег, ссылаясь на то, что этим должна заниматься краевая власть. Вот в этой ситуации работали РОКБ. Они были оформлены в виде ценных бумаг. По доверенности райфинотдел получал РОКБ в краевой
администрации. После Васюринское РЭП получало его в Динской, а завод, в свою очередь – в РЭП. Ответственная по РОКБ на заводе была Н. П. Ажгихина, заместитель директора по снабжению и сбыту. Она была отличным профессионалом своего дела, не знала слов: «не могу» или «не получается».
В то время у предприятий были две большие опасности – банкротство и введение внешнего управления. Это всегда приводило к гибели заводов. На счету постоянно должно было находиться достаточно денежных средств. В этот критический период завод купила ИСК «Будмар», тем самым подарив предприятию вторую жизнь.

Беседовала Елена ДРОЗДОВА.

Do NOT follow this link or you will be banned from the site!